Кукольные театры всего мира

Чугмал Иосиф Христиан (1783 – 1855), немецкий изобретатель, конструктор кукол-автоматов. Родом из Тироля. Много ездил по странам Западной и Восточной Европы с показами своих «самодвижущихся кукол». Его механические куклы приводились в движение с помощью нитей, клавиш и пружин, были своего рода усовершенствованными марионетками Родственность театра Чугмала традиционному театру марионеток проявляется и в персонажах его представлений (цирковые эквилибристы, Паяц, Пьеро, Минерва и др

Чугмал Иосиф Христиан (1783 – 1855), немецкий изобретатель, конструктор кукол-автоматов. Родом из Тироля. Много ездил по странам Западной и Восточной Европы с показами своих «самодвижущихся кукол». Его механические куклы приводились в движение с помощью нитей, клавиш и пружин, были своего рода усовершенствованными марионетками Родственность театра Чугмала традиционному театру марионеток проявляется и в персонажах его представлений (цирковые эквилибристы, Паяц, Пьеро, Минерва и др.). Некоторые из механических фигур Чугмала сохранились и находятся сейчас в театральном отделе городского музея г. Мюнхена. Названный новым Прометеем , механик поражал зрителей театрализованными выступлениями с куклами: Движение этих автоматов происходит без всяких проволок и веревок, составляющих необходимую принадлежность марионеток; Чугмал приносит своих автоматов из другой комнаты, на глазах публики сажает их на канат, и оставляет их на свободе. Должно заметить, что автоматы не прикрепляются к канату, но держатся за него то рукою, то коленями, то садятся, то ложатся на него, как живые люди, и движениями отвечают на вопрос механика .

Представления Чугмала часто назывались «театром марионеток , так как его выступления с автоматами не были показами исключительно технических возможностей фигур. Вот одно из многочисленных описаний его удивительных представлений, датированное 1838 г.: «…Во Вторник на масленице маменька повезла нас смотреть приезжего Тирольца, который называет себя механиком природы. В зале был устроен маленький театр; не больше твоего большого комода. Тиролец сам стоял впереди, не на сцене, он бы не поместился там, а возле кресел, в которых мы сидели. Когда занавес подняли, он поклонился нам и сказал: «позвольте почтенная публика представить вам актеров?»

-Очень хорошо,  отвечал кто-то, - да где же они?

-Здесь, - сказал Тиролец и, подвинув ногою сундук, вынул из него самую миленькую на свете куклу. Вообрази, Аннушка! Личико у нее было такое хорошенькое, что нельзя рассказать; прекрасные волосы падали на плечи из-под голубой бархатной с перьями шапочки. На кукле были надеты голубая куртка, белое нижнее платье и башмачки. Тиролец показал нам этого актера. Мы рассмотрели. Это была простая, деревянная кукла, у которой ножки и ручки гнулись и болтались, как тряпочки. Через сцену протянут канат, Тиролец просто посадил на него верхом куклу, и сказал ей: «Ну, Лепорелло, кланяйся же публике».

Кукла сняла шапку, помахала ею в воздухе и начала премило кивать нам головкою. Тиролец прибавил, обращаясь к ней: «Делай же все, что умеешь, хорошенько, не упади, не забудь чего-нибудь». Кукла то кивала головою утвердительно, то вертела ею отрицательно. Заиграла музыка, канат раскачался, и маленький Лепорелло вдруг совсем ожил. Вообрази, Аннушка: он премило качался с боку на бок, становился на ножки, потом спускался ножками с веревки, держась за нее руками; вертелся, ложился на спину и на грудь, крутился, перегибался, да как все мило и ловко, и сколько было силы в руках и ногах, нельзя верить, чтоб то была кукла. Когда Тиролец поднес

ее к нам снова, кто-то из райка спросил: «А что, говорит ли она?» Тиролец улыбнулся и постучав по голове куклы пальцем, сказал: «Нет, потому что все, что должно быть тут (в голове), у моего Лепорелло в ногах и руках: - чтоб вложить в куклу ум и душу у людей не достанет искусства». (...) После этого являлись из сундука другие актеры – куклы. Они плясали, прыгали, провертывались сквозь обручи, ездили верхом на крошечных деревянных лошадках, наливали друг другу вино из бутылки в стаканы, чокались и даже пили. Это чудесно! А все же они были деревянные куклы»… .

Чудо кукольного искусства стало популярным и общедоступным. Им начинают заниматься не только ремесленники, получавшие куклы, оборудование сцены, сценарии и цеховые секреты от деда и отца и традиционно передававшие их детям и внукам. Появляется огромное количество любителей, стремящихся показать своим домашним и гостям кукольное представление. Сначала они пытались только скопировать, повторить виденные кукольные представления театра марионеток, теней, петрушки, батлейки, райка… Но затем, овладев необходимыми навыками, секретами и ремеслом, начинали обогащать традиционное и народное искусство играющих кукол новыми техническими приспособлениями, новой театральной культурой, новыми идеями и новой драматургией. Часто этим занимались и оставшиеся без любимой работы драматические актеры.

Известно, например, что в 80-х годах 19 в. бывший драматический артист русской виленской театральной труппы Юзеф Домбровский устраивал в собственной квартире марионеточные кукольные представления. Из таких домашних кукольных спектаклей, которые показывали талантливые любители, кукольники-дилетанты конца Х1Х столетия: художники, драматические актеры, врачи, писатели, офицеры, купцы, студенты - начинает рождаться новый профессиональный театр кукол ХХ в. И в этот период заканчивается блистательное время народных батлеечников и традиционных европейских кукольников. Они, конечно, не исчезают, продолжают играть, работать, занимая принадлежащую им в мировой культуре нишу. Просто идет процесс рождения нового – профессионального кукольного театра. «Локомотивами» этого процесса становятся яркие личности-самоучки.

Наступает время дилетантов.